В конце марта было торжественно запущено производство стекла на областном государственном унитарном предприятии (огуп) "анжерские строительные материалы". Однако первые недели новой истории завода складываются не так-то просто. Работать пока приходится буквально с колес.

Из малюсенького окошечка в кирпичной кладке печи - свет малиновый. Там, внутри, расплавленное стекло дышит сухим жаром под тысячу градусов.

-Если снизится температура еще на полторы - две сотни градусов, можно потерять печь, - беспокоится главный технолог артур генрихович гельмут. - Стекломасса даже при такой температуре, как сейчас, становится вязкой, а если она упадет до 850 градусов или еще ниже, тогда хоть целый железнодорожный состав мазута сожги, все равно пропадет печь.

С трудом, но все-таки удается рабочему взять пробу. Расплавленное стекло из печки, как густой мед из банки, с пробоотборника вытянулось сначала лентой, потом ниточкой тоненькой и моментально застыло.

-Хорошая масса сварилась, - говорит технолог, - видите, нет никаких примесей, вкраплений.

...НИчего я не вижу, кроме угасающего в комочке стекла завораживающего света. Вот оно - алое, вот уже - темно-красное, а через несколько секунд - прозрачно-голубое. Вся радуга в этой частице и надежда работающих тут людей на то, что все наладится, раз удалось всего за год с небольшим запустить производство, вдохнуть в него новую жизнь.

Весь прошлый год областная администрация использовала все свои возможности, чтобы ввести в строй это окончательно и в прямом и в переносном смысле замороженное предприятие. Небольшими порциями в три-четыре миллиона сюда поступали деньги. С их помощью покупали огнеупоры, строительные материалы, оборудование. Наконец, в конце нынешнего марта торжественно пустили стекловаренную печь, стали выдавать листовое стекло.

Но оборотных средств на покупку сырья и топлива хватило не надолго. Договоры о поставке топочного мазута и основных видов сырья пришлось заключать с посредниками, которые чутко реагируют на ситуацию, а потому цены для анжерских стекловаров сделали почти неподъемными. Все равно пришлось брать у них и песок, и мазут, и соду. Куда денешься, производство непрерывное, мешкать нельзя. Только за топливо вынь да положь почти 30 тысяч рублей в сутки. Однако наличности на заводе тоже в обрез, а без нее дела идут как в известной книжке: "утром деньги - вечером стулья". Потому и лихорадит предприятие все время.

-Нашли мы, кажется, выход, - говорит директор михаил борисович минников. - Буквально на днях удалось договориться с представителями екатеринбурга о том, что они берут на себя оплату поступающего на предприятие топлива и сырья. Взамен мы отгружаем им часть своей продукции по себестоимости, но не ниже. А большую часть листового стекла будем продавать по рыночным ценам, даже чуточку дешевле, надо, чтобы и бывшие наши потребители, и потенциальные партнеры узнали, что мы снова при деле и выдаем прекрасный товар.

К слову сказать, не столько цена, сколько качество анжерского стекла сыграло решающую роль в переговорах с уральцами. Посмотрев на присланные образцы, пройдясь по ним стеклорезом, они немедленно согласились нести все расходы по обеспечению производства необходимыми материалами.

А их для шихты требуется много, очень много. Ведет меня артур генрихович по лабиринту между объемными стальными цилиндрами, перевернутыми пирамидами бункеров. У весов, где шихта для печки смешивается, можно подержать эту почти воздушную светло-серую смесь на ладони. Где-нибудь на пляже швырнешь такую горсть и не задумаешься. Здесь это деньги. Пропорции в составе шихты выдерживаются с допусками до сотых грамма, иначе не получится прозрачный и некапризный при резке материал.

- В свое время, - говорит мой экскурсовод, - именно качество сырья, которое в середине 90-х приходилось брать откуда придется, загубило всю нашу технологию. Так что песочек теперь везем аж из-под самой москвы, соду из ачинска, а вот доломит нашли у нас в области, в горной шории. Хорошее сырье оказалось, и совсем рядом. Для завода это сейчас очень важно. Чем короче путь до сырьевых баз, тем меньше транспортные издержки.

Если бы на антоновском руднике,- мечтает гельмут, - который здесь же, в анжерке, в десятке километров от завода, начали получать годный для нас кварцевый песок, тогда этому событию гимн сочинить не стыдно было бы! представляете, какой запас прочности тогда был бы у нас по сравнению с конкурентами?!

все это дело не такого уж далекого будущего, а сегодня рабочие, которым из-за финансовых неувязок опять стали задерживать зарплату, ворчат, ругаются, но все-таки понимают, что никак нельзя остановить предприятие, которое своими руками по камешку собирали.

-Будут деньги, - обещает директор,- обязательно начнем гасить долги перед работниками уже через недельку. Не всем сразу, но в мае задолженность закроем.

По программе "анжерские строительные материалы" должны выдавать в сутки восемь тысяч квадратных метров листового стекла. По расчетам заводских экономистов, для рентабельной работы необходимо выйти на уровень хотя бы в шесть тысяч квадратных метров. Это даст возможность постепенно наращивать обороты и поддерживать производство. Если к концу года удастся выйти на те самые восемь тысяч квадратов, тогда можно думать и о расширении производства, ведь в прежние времена здесь действовали четыре стекловаренные печи.

В цехе, где стояла самая старшая из них, теперь пусто и неуютно. Разобрали старую печь по кирпичикам, только колонны, которые еще в военные годы поставили, подпирают проржавевший каркас крыши. Надо все строить заново.

А долгожданная цистерна с мазутом, поблескивая черными маслянистыми боками, встала под раскачку. Через часок снова заплещут огнем в печи форсунки, и начнет стекло набираться белого жара.

Александр сусоев. Анжеро-судженск.