Анна филимонова.

- Ваш дед спроектировал одну из самых красивых станций московского метро - "маяковскую". Одно время много говорили о том, что она разрушается, потом замолчали, а что сейчас?

- станция в бедственном состоянии. Почти 60 лет на ней не проводился грамотный ремонт. В 1996 году ее внутренние конструкции были обследованы известным архитектором-метростроевцем ниной алешиной. Выяснилось, что полностью нарушена система дренажа и вентиляции. Между тем станция несет громадные грунтовые и гидравлические нагрузки. Ее стальной остов почти полностью прогнил.

- Станцию планируют закрыть на реконструкцию. В том числе собираются поменять стальные полосы на колоннах.

- Это не просто полосы - это авиационная сталь. Технология их производства разрабатывалась совместно с авиаконструкторами. Недаром там звучит тема авиации. Кстати, американские исследователи изучили мозаики дейнеки и установили, что они изображают не абстрактные самолетики, а совершенно конкретные модели... Так вот, стальные линии прогнили. Если дело дойдет до реставрации, их будут снимать и заменять новым материалом. Подлинность этого сооружения будет утрачиваться.

- Говорят, что ювелиры потихоньку разбирают ценную облицовку колонн на украшения...

- Это правда, к сожалению. Время от времени на лабрадорит - драгоценный материал, карьеры которого на территории россии почти выработаны, - покушаются. Несколько лет назад кооператив "художники арбата" по договору с метрополитеном пытался заменить его пластмассой. Это была хищническая акция под видом спасения станции. Работы велись по ночам, несколько колонн было полностью оголено. Тогда удалось приостановить процесс - лабрадорит в колотом виде вернули... Была и другая идея: заменить подлинный мрамор полов. Словом, при каждой акции, которую планируют метрополитен или другие организации, мы начинаем терять подлинное качество этого сооружения.

- Вы пытались предпринять какие-то меры для спасения станции?

- в 1996 году мы подготовили письмо за подписью президента икомоса. Речь шла о том, чтобы обратить особое внимание на быструю утрату ценностей московского метро - в процессе реконструкции, небрежного отношения, несвоевременного ремонта. Письмо было послано мэру москвы юрию лужкову, директору метрополитена и в министерство культуры. Но нам никто не ответил.

- Помимо метро вы также занимаетесь архитектурным наследием xx века. В каком оно состоянии?

- многие мельниковские объекты утрачены наполовину. В клубе русакова, перенесшем реконструкцию, выхолощено все пространство. О подлинности деталей и проработке интерьеров вообще речи не идет. В клубе "буревестник" проведен евроремонт, утрачена текстура всех поверхностей, заменены все строительные материалы. То, что сохранялось в советское время, сейчас невероятно стремительно теряется. Все чаще большое количество денег становится абсолютным бедствием для москвы. Реставратор и архитектор знает, что делает неправильный ход. Но он его делает, потому что соблазнен большим гонораром, не хочет терять опору власти... Архитектор становится коммерческим, а реставратор перестает быть реставратором в глубоком смысле этой профессии. Каждый профессионал должен делать свой выбор.

- На архитектора давят коммерческие интересы заказчика, который стремится скорее окупить дорогой кредит...

- Но подлинная вещь гораздо ценнее копии. Культурное наследие не только моральная, но и огромная экономическая ценность. Полная аналогия с картиной: если она отреставрирована, ее ценность снижается. Чем выше степень подлинности, тем выше рыночная стоимость сооружения.

- У нас этого еще не поняли.

- Наверное, общество не созрело. Есть провалы в культурном сознании и профессионалов, и чиновников, и населения. Культура разрушается быстро, а восстанавливается очень медленно. Каждая выбоина, которая появляется в городе, означает еще одну рану, которая будет затягиваться бесконечно долго.